К основному контенту

🌄 День третий. Каспийск – Дербент: Луно-море и стратегическое мышление учителей

– Тань, вставай, море зовёт!

– Пусть оно мне лучше кофе принесёт…

Мы благополучно переночевали в Каспийске — и если кто-то считает, что юг России это исключительно “аул, бархан и барашек”, то вы давно не были в современной дагестанской квартире с бойлером, вайфаем и стильным ремонтом в стиле «приглушённый серо-бежевый с элементами хай-тека и сушёной лаванды». Комфорт – на отлично, учителя бы одобрили.

Из окна — луно-море. То есть море, но оно так отливало светом, что напоминало кадр из фантастического фильма. Мы, как учителя, знаем: это называется рефлексия света (да-да, рефлексия — не только про то, как мы думаем о жизни и пятом “Б” после урока).

Позавтракали без фанатизма, ибо решили действовать по стратегии. После вчерашнего турне по Махачкале с элементами квеста «Найди нужный поворот, не урони гугл-карты, объедь пробку» – мы, как настоящие логисты, разработали маршрут с буфером времени и планом “Б”. Кто сказал, что учителя не стратеги?

Дербент, жди!

Нас не остановят ни полуденная жара, ни калмыцкий чай, ни магнитная буря. Мы — экспедиция по изучению юга России: две женщины, один гугл, две зарядки на 100% и немного носовых платков (на всякий случай – мало ли в музее вдруг сильно расчувствуемся от исторической ценности).

Впереди — древнейший город страны, Дербент. Где каждый камень – почти старше учебника по истории.

Интересное слово дня: “мытарства” — это не налоговая, как думают некоторые, а трудности, испытания и хождения по мукам. Например: “мытарства в поиске нормальной парковки в центре Махачкалы”. Мы теперь знаем, что это значит по-настоящему.

Продолжение следует…

С вами были Татьяна и я — педагогический десант юга России  


Комментарии

Популярные сообщения из этого блога

9 июля. Калининград, мы летим! Сегодня 9 июля. Я и Валя — в самолёте. У неё это первый раз. Первый раз в жизни она отрывается от земли, смотрит в иллюминатор и не верит своим глазам: облака внизу — как вата, а дома стали спичечными коробками. Для неё это стресс. Для меня — возможность быть рядом, держать за руку, говорить: «Смотри, какая красота!». Но перед этим мы сидели в бизнес-зале, пили кофе и говорили. О том, о чём не успели дома: о детях, о работе, о страхах и надеждах. О том, как быстро летит время и как важно успеть побыть вместе. И в этой задушевной беседе — такая лёгкость, как будто мы уже летим. Мы летим в Калининград. Город, пропитанный европейским воздухом, где каждая улочка пахнет историей. Нас ждут аутентичные улочки, которые помнят Канта и прусских королей, Балтика с её холодным величием, Куршская коса — песчаная коса, которая соединяет два мира, два берега, две страны. И предвкушение. Я смотрю на Валю. Она уже не боится. Она улыбается. И я понимаю: это путешествие...

🚗🗺️ День второй. Почему село называется Кочубей (в Дагестане)?

Проехали населённый пункт Кочубей — и в голове снова щёлкает учительский тумблер: «Откуда такое название?» Хорошая новость — это имя действительно имеет историю: 🏛️ Почему Кочубей? Село Кочубей в Тарумовском районе Республики Дагестан названо в честь Ивана Антоновича Кочубея (1893–1919) — комбрига (командующего бригадой) в годы Гражданской войны. Он был одним из влиятельных красных командиров на Северном Кавказе и считается героем той эпохи  . Село раньше называлось «Чёрный рынок» (Кара‑базар) и было основано в конце XVIII века как торговый (включая работорговый) центр в устье реки Прорва  . В 1962 году его переименовали, дав новое имя в честь комбрига, вероятно как элемент чествования советской истории. 🧬 А откуда вообще фамилия «Кочубей»? Род Кочубеевых — старшинский и дворянский, происходящий от тюркского прозвища “Коч‑бей”, где коч означает «кочевник», а бей — «князь» или «вождь» (то есть «кочевой князь»)  . Известные представители рода: Василий Леонтьеви...

Стамбул. Вечер. Айя-София. И моя связь с родиной

Знаете, бывает такое: идёшь по чужому городу, а чувствуешь себя почти дома. Это случилось со мной в Стамбуле по вечерам. Я выходила из отеля и бродила вокруг Айя-Софии. Такой огромной, такой древней, такой разной. Садилась на скамейку в сквере напротив, смотрела на её купола, на минареты — пристройки более поздние, но уже неотделимые. И думала. Думала о том, что когда-то она была не Айя-Софией, а Святой Софией. Собором Святой Софии — главным храмом Византийской империи, символом её могущества, где короновали императоров и молились патриархи. Христианская святыня. А потом пришли османы, и храм стал мечетью. И вот уже пятьсот лет она — мечеть, потом музей, потом снова мечеть. Но стены помнят всё. И фрески, и мозаики, и те лики Богородицы, что смотрят на меня с высоты, — они здесь с шестого века. А во время мусульманской молитвы их завешивают специальными шторами, потому что ислам запрещает изображать людей. Потом молитва кончается, шторы убирают, и лики снова видны. Как будто храм дышит....