К основному контенту

🚗 День первый. О пшенице, подъемах и здоровом эгоизме


— Вроде дорога ровная, а колёса бьёт, — снова говорит Таня,

вслушиваясь в вибрации Багиры, будто это не машина, а музыкальный инструмент.

Что ж, в нашей дорожной симфонии каждая ямка — это ударные.


И вдруг —

красота, что замирает в груди.

Асфальтовая лента, блестящая на солнце, прорезает золотое море пшеницы.

И мы — на подъёме,

и кажется, будто выезжаем не просто на холм,

а на какую-то новую страницу жизни,

где меньше суеты и больше простора.


Таня молчит. Я знаю — ей нравится.

А потом она вдруг оживает и начинает рассказывать про водителей.


— Не люблю, когда кто-то садится на хвост. Прямо дышит в затылок. Как будто в суп тебе заглядывает, не добавил ли соли.


Съезжает вправо.

Пропускает.

Даже если это вредно для неё.

Даже если нарушает её ритм, её поток, её комфорт.


— Тань, — говорю я, — ну это же лишнее.

Иногда полезно включать здоровый эгоизм.

Остаться в своей полосе.

Не прогибаться под спешащих невеж.

Беречь себя, даже за рулём.


Таня кивает. Сложная тема. Мы оба — учителя.

Нас учили уступать, быть вежливыми, “не мешать другим”.

Но иногда…

Иногда сила — это не уйти с дороги, а остаться на ней.


В это время пейзаж меняется.

— Люблю, когда ландшафт движется, — говорит Таня.

И в голосе — настоящая нежность.


Безлесные холмистые дали,

ковры разноцветных полей,

волны пшеницы и подсолнухов,

дымка горизонта, как акварель.


Всё движется.

И мы — в этом потоке.

По дороге, в которой столько же философии, сколько и километров.


#деньпервый #пшеницавсердце #учителивпути #здоровыйэгоизм #танязарулём #ландшафтменяется #багираидёт


Комментарии

Популярные сообщения из этого блога

9 июля. Калининград, мы летим! Сегодня 9 июля. Я и Валя — в самолёте. У неё это первый раз. Первый раз в жизни она отрывается от земли, смотрит в иллюминатор и не верит своим глазам: облака внизу — как вата, а дома стали спичечными коробками. Для неё это стресс. Для меня — возможность быть рядом, держать за руку, говорить: «Смотри, какая красота!». Но перед этим мы сидели в бизнес-зале, пили кофе и говорили. О том, о чём не успели дома: о детях, о работе, о страхах и надеждах. О том, как быстро летит время и как важно успеть побыть вместе. И в этой задушевной беседе — такая лёгкость, как будто мы уже летим. Мы летим в Калининград. Город, пропитанный европейским воздухом, где каждая улочка пахнет историей. Нас ждут аутентичные улочки, которые помнят Канта и прусских королей, Балтика с её холодным величием, Куршская коса — песчаная коса, которая соединяет два мира, два берега, две страны. И предвкушение. Я смотрю на Валю. Она уже не боится. Она улыбается. И я понимаю: это путешествие...

🚗🗺️ День второй. Почему село называется Кочубей (в Дагестане)?

Проехали населённый пункт Кочубей — и в голове снова щёлкает учительский тумблер: «Откуда такое название?» Хорошая новость — это имя действительно имеет историю: 🏛️ Почему Кочубей? Село Кочубей в Тарумовском районе Республики Дагестан названо в честь Ивана Антоновича Кочубея (1893–1919) — комбрига (командующего бригадой) в годы Гражданской войны. Он был одним из влиятельных красных командиров на Северном Кавказе и считается героем той эпохи  . Село раньше называлось «Чёрный рынок» (Кара‑базар) и было основано в конце XVIII века как торговый (включая работорговый) центр в устье реки Прорва  . В 1962 году его переименовали, дав новое имя в честь комбрига, вероятно как элемент чествования советской истории. 🧬 А откуда вообще фамилия «Кочубей»? Род Кочубеевых — старшинский и дворянский, происходящий от тюркского прозвища “Коч‑бей”, где коч означает «кочевник», а бей — «князь» или «вождь» (то есть «кочевой князь»)  . Известные представители рода: Василий Леонтьеви...

Стамбул. Вечер. Айя-София. И моя связь с родиной

Знаете, бывает такое: идёшь по чужому городу, а чувствуешь себя почти дома. Это случилось со мной в Стамбуле по вечерам. Я выходила из отеля и бродила вокруг Айя-Софии. Такой огромной, такой древней, такой разной. Садилась на скамейку в сквере напротив, смотрела на её купола, на минареты — пристройки более поздние, но уже неотделимые. И думала. Думала о том, что когда-то она была не Айя-Софией, а Святой Софией. Собором Святой Софии — главным храмом Византийской империи, символом её могущества, где короновали императоров и молились патриархи. Христианская святыня. А потом пришли османы, и храм стал мечетью. И вот уже пятьсот лет она — мечеть, потом музей, потом снова мечеть. Но стены помнят всё. И фрески, и мозаики, и те лики Богородицы, что смотрят на меня с высоты, — они здесь с шестого века. А во время мусульманской молитвы их завешивают специальными шторами, потому что ислам запрещает изображать людей. Потом молитва кончается, шторы убирают, и лики снова видны. Как будто храм дышит....